• 23 января, 2021

21 ноября в Литературно-мемориальном музее Ф.М. Достоевского прошел вечер, посвященный 190-летию со дня рождения выдающегося русского географа, путешественника Семёнова-Тян-Шанского. Какой след оставил в истории нашего города этот незаурядный человек, рассказал известный краевед, член краеведческого общества “Прииртышье” Павел Жуков.

Вечер, организованный совместно с краеведческим обществом “Прииртышье”, провели в форме своеобразного дневника, озвученного от первого лица на фоне слайдов с фотографиями краеведом Павлом Жуковым.

– Наше мероприятие посвящено великому человеку своего времени: Петру Семёнову-Тян-Шанскому, рассказала организатор вечера и.о зав. сектором экскурсионно–массовой работы Салтанат Сексембаева. – Это был учёный, географ, общественный деятель, глава Географического общества и русского энтомологического общества, а также он являлся инициатором ряда экспедиций в Центральную Азию. Семенов-Тян-Шанский организовал первую перепись населения России в 1897 году. И что самое примечательное для нас: в одно из своих путешествий он побывал в нашем городе и встречался здесь с Ф.М. Достоевским.

Мы знаем Петра Петровича Семёнова (Тян-Шанским он станет много позже) благообразным старцем, а в 1856 году ему было лишь 29 лет, это был полный сил, энергии и смелых планов молодой человек с лихими усами.

Август 1856 года.

“В Семипалатинске, где мне не было никакого дела, кроме посещения губернатора, так как я ему был рекомендован генерал-губернатором, и где город, как и ближайшие его окрестности, не представляли для меня интереса, я определил пробыть только сутки.

При этом я встретил самый предупредительный приём со стороны губернатора, генерал-майора Главного штаба Панова, который, будучи предупреждён о моем приезде, выслал мне навстречу своего адъютанта, блестящего армейского офицера Демчинского, любезно пригласившего меня остановиться у него, так как в Семипалатинске в то время никаких гостиниц не было. Но всего более обрадовал меня Демчинский деликатно устроенным сюрпризом: он мне представил совершенно неожиданно у себя на квартире одетого в солдатскую шинель, дорогого мне петербургского приятеля Фёдора Михайловича Достоевского, которого я увидел первым из его петербургских знакомых после его выхода из “мёртвого дома”.

Достоевский наскоро рассказал мне всё, что ему пришлось пережить со времени его ссылки. При этом он сообщил мне, что положение свое в Семипалатинске он считает вполне сносным, благодаря добрым отношениям к нему не только своего прямого начальника, батальонного командира, но и всей семипалатинской администрации. Впрочем, губернатор считал для себя неудобным принимать разжалованного в рядовые как своего знакомого, но не препятствовал своему адъютанту быть с ним почти в приятельских отношениях.

Фёдор Михайлович Достоевский дал мне надежду, что условится со мной, при моём обратном проезде, посетить меня на моих зимних квартирах в Барнауле, списавшись со мной по этому предмету заранее.

Итак, 6 августа, около полудня, я подъехал с Демчинским к переправе через Иртыш. Переправа была довольно продолжительная, потому что летом вместо одной их бывает две: одна через Семипалатинский рукав Иртыша, а другая – через самый Иртыш. Переехав через обе переправы, я простился со старым и новым своими приятелями, получив от них искренние пожелания успеха, и сел в свой тарантас, тронувшийся в путь, в сопровождении четырех конвойных. Вид из-за Иртыша на Семипалатинск был привлекательнее внутренности города, состоявшего из некрасивых деревянных домов и растянутого вдоль берега реки. Направо торчали острые верхушки 5 или 6 некрасивых деревянных минаретов, а налево возвышались лучшие в то время каменные строения города: белый каменный госпиталь и единственная кирпичная православная церковь.

Ещё левее тянулась вдоль берега длинная казацкая слобода, состоявшая из таких же невзрачных деревянных домов, как и город. В то время (в 1856 г.) в городе было менее 9 тысяч жителей. Не было в городе в то время и никаких древесных насаждений. Всё заречное левое прибрежье Иртыша, песчаное и пыльное, имело вид совершенной пустыни, и только на островах реки были видны высокие деревья – осины и тополи”.

Встреча с Чоканом Валихановым

В начале ноября 1856 года Валиханов, приехавший в Семипалатинск, встречается с Достоевским и Петром Петровичем Семеновым.

Вот тогда-то в их беседах, после рассказа Семенова о братьях Шлагинтвейт, исследовавших территорию северной Индии и пытавшихся проникнуть в Кашгар, и возникает идея этой великой экспедиции. Единственным человеком, который мог бы осуществить такую рискованную затею, был Чокан, с его европейским образованием, безупречной внешностью и знатным происхождением.

Тогда же начинаются и переговоры с Букашем о подготовке к экспедиции и разработке легенды для Чокана. Ведь судьба его предшественников, пытавшихся попасть в эти края, была, к сожалению, хорошо известна.

К середине XIX века в Центральной Азии скрестились интересы двух империй – Российской и Британской. Интересы в первую очередь экономические.

В это время Туркестан не был чисто географическим понятием в умах политиков. Три среднеазиатских ханства – Бухарское, Кокандское и Хивинское – давно уже были втянуты в сферу международных отношений. Причем, в XVII в. Россия серьезно рассматривала регион в качестве «транзита» в своей торговле с Индией. Англичане, начавшие в это время утверждаться в Индии, а потом и завоевавшие ее, довольно скоро тоже обратили внимание на Туркестан. Уже в 1783 г. на границах Туркестана появился британский «чиновник» из Мадраса Джордж Фостер, который под личиной туземца прошел через Кашмир, Афганистан и Персию, собирая сведения, представлявшие военный, политический, экономический и прочий интерес для Лондона.

Разведчики Артур Конолли и Чарльз Стоддарт были направлены в Бухару, а Дж. Аббот и Ричмонд Шекспир в Хиву, где они надеялись склонить местные власти и подчинению Англии.

По рассказам купцов, английских агентов видели в Кабуле и в Бухаре, они отдавали свои товары даже без денег, на веру и под видом товаров привозили в ящиках огнестрельное оружие.

В сороковых годах XIX века по Казахстану и Алтаю путешествует английский художник Томас Аткинсон. Но почему-то маршрут его странствий странным образом совпадал с маршрутами экспедиций Григория Карелина. Иноземного путешественника интересовали главным образом места рудных залежей и другие сокровища азиатских степей. Бывал Аткинсон и в Семипалатинске.

Семенов не считал возможным уехать из Омска, не добившись у Гасфорта согласия на устройство дальнейшей судьбы Чокана и Потанина. Путешественник просил не задерживать Чокана в Омске после его возвращения из Кашгара. “Валиханова надо в дальнейшем числить по службе в генерал-губернаторстве, но предоставить ему возможность поехать в Петербург для ученых занятий. Пусть он потрудится в столичных библиотеках и архивах, обрабатывая те богатейшие данные по истории и этнографии, которые уже успел собрать. В столице он будет находиться под покровительством Русского географического общества. Сотнику Григорию Потанину довольно тянуть служебную лямку в казачьем полку. Его надо отпустить в столицу и устроить в высшую школу”.

1860 г. “Семипалатинскому купцу Букашу, добровольно вызвавшемуся отправить караван на свой счет в среднеазиатские владения, чин хорунжего и золотую медаль для ношения на шее на владимирской ленте…”

1870 г. – “…к особенным его заслугам и преданности Русскому правительству пожалован в потомственное владение, на правах полной собственности участок земли в Альджанских горах, Семипалатинского уезда, в количестве 1 тыс. десятин”.

Петра Петровича ждала большая, насыщенная жизнь на благо России, работа по освобождению крестьян от крепостной зависимости, ордена, звания, памятная медаль, почетное имя Тянь-Шанский, но все это потом.

Что же сохранилось в Семее с тех уже давних времен? Улица Мир-Курбановская была переименована вначале в улицу Володарского, затем Габдуллы Тукая. Мечеть, построенная в основном на средства Букаша, разобрана. Дом самого Букаша не сохранился, как и дом, в котором останавливался в Семипалатинске Валиханов.

Случайно это или нет, но, как и в жизни, улица Мир-Курбановская пересекла на карте нашего города улицы Достоевского и Валиханова и рядом проходит улица Семенова-Тянь-Шанского.

Исторический материал предоставил Павел Жуков

Фото Grey Greyman